«В госорганы я шел не за тихой жизнью»
Молодой темноволосый мужчина в рубашке записывает рилс за рулем автомобиля: рассказывает, что направляется в суд и просит подписчиков: «По старой народной традиции перед серьезным боем — материте меня в комментариях на удачу!». Это 34-летний Виктор Асхаев, бывший инспектор ГИБДД из Тулуна. Вместо мата он получает десятки комментариев с поддержкой: «Мы с вами до победного конца! Верим в справедливость»; «Будем держать за вас кулачки. Не падайте духом. Восхищаюсь вашим мужеством»; «Очень сильно переживаем за тебя всей семьей».
Люди называют бывшего инспектора «победителем», «патриотом» и «борцом за правду», благодарят за смелость, честность и порядочность. Многие просят быть осторожнее.
Поддержала инспектора даже Виктория Боня. Под видео, где Асхаев обращался к Владимиру Путину и главе Следственного комитета Александру Бастрыкину, она написала: «Мы с вами! Мы за справедливость!».
Это обращение посмотрели больше полумиллиона раз, но ни президент, ни глава следкома не отреагировали. Записывают видео про Асхаева и другие блогеры — например, Борис Быстров с 200 тысячами подписчиков опубликовал видео, где призвал поддержать бывшего инспектора.
В ответ Асхаев благодарит подписчиков за неравнодушие и «колоссальную поддержку». На его страницу подписаны почти 40 тысяч человек, рилсы набирают десятки тысяч просмотров и сотни комментариев.
«В госорганы я шел не за красивой формой и не за тихой жизнью. Я шел служить Закону и людям. И когда внутри этой системы я увидел гниль и коррупцию — я не смог замолчать. Не потому, что я хотел стать героем. А потому что по-другому я просто не умею. Мой характер сформирован задолго до того, как я надел погоны», — объясняет Асхаев подписчикам. Время от времени он постит цитаты из фильма «Брат» и соглашается с героем Бодрова, что «сила — в правде».
2 сентября Тулунский городской суд вынес бывшему инспектору приговор: штраф 150 тысяч рублей, лишение звания лейтенанта полиции и запрет работать на госслужбе.
В зале суда, по словам Асхаева, «был настоящий триллер»: «Было видно, какое колоссальное давление шло на судью сверху. Ей приказывали закрыть меня в СИЗО. Но она смогла переступить через этот прессинг. Судья приняла мужественное решение и оставила отца в семье».
Правдоруб
Виктор Асхаев родился в 1991 году в маленькой деревне Литвинова в 200 километрах от Иркутска в семье столяра. Жили в частном доме, держали лошадь, занимались огородом.
Отец работал в совхозе. Виктор вспоминает его как принципиального и честного человека, который ничего не тащил домой с работы, даже когда так делали все вокруг. В начале нулевых совхоз развалился и жизнь стала совсем тяжелой: бывали времена, когда «даже хлеба не было дома». Подрабатывали, где только могли: вставали с отцом в шесть утра, запрягали лошадь и ехали в лес, до самого вечера собирать ягоду. За ведро земляники давали 100 рублей. Или косили сено односельчанам, которые держали скотину.
— Если бы отец был жив, я бы много вопросов ему задал на эту тему. Вот вроде я сейчас честно поступил, но почему-то у меня все по-другому сложилось.
После школы Асхаев уехал в Иркутск и поступил в высшее военно-авиационное училище, но не окончил: отчислили за драку. Затем он поступил в Иркутский авиационный техникум, жил в общежитии, подрабатывал расклейщиком объявлений и помощником системного администратора, но снова был отчислен за драку. Тогда он ушел в армию, отслужил в спецназе на Дальнем Востоке.
После армии Асхаев поступил на платное отделение в Сибирскую академию права, экономики и управления на факультет уголовного права. Деньги накопил, работая охранником на вахтах в Магадане. Там его «опять подвел язык»: он поругался с руководителями.
— Я видел несправедливость, и высказал им все в лицо.
На втором курсе института деньги закончились, платить за учебу стало нечем. Примерно в то же время у Виктора распался первый брак: по его словам, жена была недовольна тем, что он мало зарабатывает.
— Денег не было от слова совсем. Честным путем очень тяжело заработать.
Тогда Асхаев пошел к ректору Борису Виноградову и попросился подрабатывать в институте в обмен на обучение. Ректор, по его словам, отнесся к нему с теплотой, распорядился взять его на бесплатное отделение и помог деньгами.
— Благодаря этому человеку я выучился. А потом решил пойти в полицию работать, тоже людям помогать.
Личная война
В 2017 году Асхаев оказался в 40-тысячном Тулуне: его туда позвал работать земляк: «Он знал, что я хочу работать в МВД и что Асхаевы — правдорубы, принципиальные ребята. У меня дядька в ОБХСС работал в советское время в [районном центре] Качуге. Взяточников и коррупционеров неоднократно сажал».
Так Асхаев начал работать инспектором ГИБДД в Тулуне. По его словам, в первые же месяцы «начал показывать результаты», штрафовал за нарушения «всех блатных, всех черных лесорубов: «У меня вся штрафстоянка стояла заполненная». Однажды Асхаев остановил «целого подполковника» — сына мэра города, и оформил на него протокол за нарушение. «Он знает, какой я вредный гаишник. До этого я оформлял его зятя по пьянке. А еще раньше — его брата».
— Я всегда был принципиальным, сколько себя помню. Я же в полицию шел народу служить, а не прямо государству. Я присягу принимал, там написано: «Служу России, служу закону». А закон, я считаю, должен быть на стороне обычных граждан. У нас же Конституция создана для защиты граждан, а не для защиты государства или моих начальников.
Бывший коллега Асхаева ПетрИмя изменено по просьбе собеседника., с которым они проработали вместе несколько лет, говорит, что Виктор «всегда был таким»: «Если случались конфликты с водителями, он всегда слушал, вникал, пытался разрешить ситуацию в рамках закона».
Через несколько лет земляка, который позвал Асхаева в Тулун, перевели на вышестоящую должность в Иркутск. На его место прислали Ивана Кременского. Новому начальнику стремление Асхаева к справедливости не нравилось. «Я неоднократно оформлял нарушения у людей, которые в области считаются неприкасаемыми и пользуются определенным иммунитетом».
— Допустим, я остановил человека на федеральной трассе, а он брат какого-нибудь чиновника или сам чиновник. Или остановил машину, которая принадлежит мощной организации, которую нельзя трогать. Я составляю протокол, например, за тахограф, привлекаю юридическое лицо, должностное лицо, а это штрафы большие.
Руководитель, по словам Асхаева, знал, что нет смысла звонить ему с просьбой закрыть глаза на нарушение. Асхаев говорит, что знает: важные люди жаловались на него Ивану Кременскому. «Этот бурят надоел уже! Сколько с ним можно бороться, примите какие-то меры, он уже достал нас», — передает Асхаев эти жалобы.
Асхаев предполагает, что был среди них и местный предприниматель Тохиржон Султонов: однажды инспектор оштрафовал его за «жесткую встречку». Асхаев называет предпринимателя «неприкасаемым лесным королем», имея в виду, что тот замешан в нечистых делах по вырубке леса. При этом, как уверяет бывший инспектор, «вся верхушка МО МВД России «Тулунский» плотно сидела в кармане у лесной мафии». Начальство якобы «весело проводило время на роскошных банкетах» в кафе «Ташкент», которое принадлежит Султонову.
После того, как Асхаев составил протокол на Султонова, инспектору «объявили личную войну: выживали пешими патрулями, вешали взыскания», а протоколы на предпринимателя «просто вырывали из книг учета».
Коррупция
История, которая стала последней каплей и из-за которой Виктор Асхаев мог сесть в тюрьму, началась в октябре 2025 года. Двое его коллег остановили на трассе водителя, который был лишен водительского удостоверения: мужчину уже ловили за езду без прав, его узнали в лицо. Но в базе ГИБДД протокола о предыдущем нарушении инспекторы не обнаружили. На вопрос, как так вышло, водитель прямо ответил, что «решил вопрос через руководство».
— Ему сначала не поверили, составили протокол, стали уточнять, почему водителя не привлекли к ответственности, почему транспортное средство ему выдали уже на следующий день, сделали запросы на штрафстоянку.
Коллега, по словам Асхаева, подготовил рапорт о выявлении признаков уголовно-наказуемого деяния и отдал его начальнику.
— Кременский сказал, что со всем разберется и виновные будут наказаны. Ну, как сказал, так и он сделал: со всем разобрался. Видеозаписи с патрульного автомобиля он удалил, рапорт под сукно.
Асхаев сам не присутствовал при этой истории, но узнал про нее и разозлился: «У меня обостренное чувство справедливости, я сразу запаниковал, начал выражаться нецензурной бранью: «Что здесь происходит? На каком основании? Давайте мне данные этого взяткодателя».
Коллеги помнили только номер автомобиля, остальные подробности Асхаев узнал через коллегу из административной практикиПодразделение и деятельность по оформлению нарушений ПДД, расследованию ДТП и исполнению наказаний.: «Имя я мог бы и сам посмотреть по базе, но не увидел бы, на основании чего был прекращен протокол и кем». После Асхаев составил жалобу на своего начальника Ивана Кременского и направил ее в Генеральную прокуратуру с почты знакомого, бывшего инспектора «в виду конспирации». Знакомый был не против.
Коллеги не отговаривали Асхаева от того, чтобы писать жалобу: «Если у человека жизненная позиция такая, что ты скажешь ему? Думаю, если Виктор пошел на это, наверное, все просчитал, продумал. Он всегда думает, прежде чем сделать», — говорит Петр. При этом он уверен: Асхаев не ожидал, что жалоба приведет к таким серьезным последствиям для него самого. Петр добавляет, что это был далеко не первый случай взяток: «Город маленький, все знают, кто дает, кто берет. Просто раньше этим случаям не давали огласки».
Проверка собственной безопасности МВД, по мнению Асхаева, была поверхностной: «Они даже не опросили ключевых свидетелей — инспекторов, которые остановили водителя». После силовики установили сотрудника, который запрашивал данные в базе, а через него вышли и на Асхаева, запросив у операторов связи записи их телефонных разговоров.
12 апреля 2026 года против Виктора Асхаева возбудили уголовное дело. За отправку с чужой почты обращения в Генпрокуратуру, в котором были персональные данные водителя, полученные из баз ГИБДД, инспектора обвинили в «незаконном доступе к компьютерной информации с использованием своего служебного положения».
— Якобы я в не служебное время посмотрел по базе ГИБДД персональные данные водителя, хотя я этого не делал: я позвонил коллеге. Так что по факту состава преступления вообще нет.
На следующий день Асхаева задержали сотрудники Федеральной службы безопасности, прямо во время дежурства. Инспектор отказался говорить пароль от телефона, и его начали избивать.
ПыткиКопия заключения судебно-медицинского эксперта от 15 мая 2026 года, в котором у Асхаева подтверждаются телесные повреждения, которые «могли образоваться при обстоятельствах», описанных инспектором, есть в распоряжении редакции., в том числе сексуализированное насилие, продолжились в здании Тулунского межрайонного следственного отдела. Время от времени Асхаев терял сознание. Около полуночи он подписал распечатанные документы и дал признательные показания в присутствии назначенного адвоката. На следующий день инспектор подписал еще какие-то документы, признал вину, и к вечеру его отпустили.
Асхаев настаивает: он действовал по законуЗаконы «О противодействии коррупции» и «О полиции» обязывают сотрудника сообщать об известных ему фактах коррупции.и был обязан сообщить о коррупции. «Узнав о противоправных действиях своего руководителя, я сообщил о преступлении — и значит, должен быть под защитой закона и государства. Но сейчас все наоборот: меня судят, а человек, который должен был понести наказание, спокойно работает». Уголовное дело по факту пыток Виктора Асхаева сотрудниками ФСБ не возбудили.
У Асхаева, по его словам, есть аудиозапись, где начальник следственного отдела Тулуна угрожает ему отправкой в СИЗО и прямым текстом заявляет: «Если будешь бодаться — я дам поручение ФСБ, чтобы они искали на тебя что-то еще».
— Когда человек идет против системы, система сплачивается: если даже кто-то хочет Виктору помочь или справедливо расследовать, никто этого делать не будет — все боятся за свою попу. У всех семьи, дети, все хотят жить, работать, — размышляет Петр. По его словам, все начальство по-прежнему при должностях — «дальше хулиганят, бездействуют».
Семья
Несмотря на все сложности, Асхаеву нравится жить в Тулуне. Здесь он женился во второй раз, на местной медсестре Алене, тут родственники и друзья. Супруга во всем поддерживает Виктора.
У пары двое детей-дошкольников, сейчас Алена беременна третьим ребенком. Асхаев считает, что должен воспитать детей так же, как его воспитывал отец. Посты в инстаграме об уголовном деле, которое Асхаев называет «кейсом справедливости», перемежаются семейным контентом: Виктор с детьми и женой ловит рыбу, собирает ягоды, дурачится во дворе, копает картошку.
Сейчас в семье работает только Алена: Виктора уволили из ГИБДД в начале июня «за поступок, порочащий честь и достоинство сотрудника полиции». Он пытался восстановиться на службе, но суд ему отказал. Найти работу в районе, по его словам, невозможно: «Сами понимаете, что такое ФСБ и маленький Тулунский район. Если меня кто-нибудь возьмет тут на работу, это равносильно расстрелу на месте».
Выезжать за пределы района Асхаев не может: у него подписка о невыезде. Его счета арестованы. Семья открыла сбор средств на лечение Виктора и оплату адвоката.
Асхаев надеется на поддержку Москвы. Он уверен: высшее руководство просто не знает, что «творят их подчиненные» на местах.
— Москва-то далеко, они не видят, что тут творится. Посмотрели отчет — все нормально, а по факту ничего не знают. Не знаю, защитит ли меня Москва, но я считаю, что все-таки они должны принять правовое решение.
Некоторые коллеги, по словам бывшего инспектора, стали разносить про него «всякую грязь и сплетни». Петр добавляет, что «появилось много обиженных недоброжелателей», которых Виктор оформлял за пьяное вождение и по другим статьям. Другие коллеги боятся поддерживать Асхаева. «Страх овечий этот, стадный инстинкт самосохранения. Но я никого не осуждаю», — пожимает плечами Виктор. Большинство коллег, пусть и не публично, все-таки его поддерживают. Дело Асхаева для Тулуна, по словам Петра, «довольно громкое»: в городе не ожидали, что инспектор предаст историю огласке.
— Есть человек, который может слово сказать и отпор дать, а есть такие, которые будут ходить, головой кивать, как стадо, — говорит Петр. По его словам, руководители полиции прямо говорят подчиненным: «Вы — стадо и будете делать так, как мы скажем, если хотите работать в этой системе».
Сам Петр, несмотря на зарплату 65 тысяч рублей, продолжает работать в системе: хочет доработать до пенсии: «У меня другого выбора нет. Нужно доработать и забыть это все как страшный сон. Иногда приходится где-то потерпеть, где-то промолчать: так система воспитывает нас».
Виктор Асхаев говорит, что хотел бы восстановиться в ГИБДД, доработать год до пенсии и уйти «людям помогать в правозащитную организацию». Он уже начал помогать людям, ему пишут со всей страны: «Было уже несколько случаев, когда я выручал людей: помогал составить исковое заявление по отмене незаконного штрафа». Но теперь, после приговора, восстановиться в ГИБДД у Асхаева не выйдет.
— Я считаю, что Бог не дает испытаний, которые человек не смог бы пройти. Рано или поздно это должно закончиться, начнется белая полоса.
Свой приговор Асхаев считает несправедливым. Мужчина заявил, что будет его обжаловать и планирует дойти до Верховного суда. «Главное, я на свободе. Приехал домой, к своей семье, беременной жене Алене и детям», — сообщил бывший инспектор в соцсетях после суда.
Он также добавил, что его бывший начальник Иван Кременский после заседания отказался давать интервью федеральному телеканалу и «сбежал от камер НТВ как ошарашенный». На запрос «Черты» на момент публикации материала Иван Кременский не ответил.
