Рассылка Черты
«Черта» — медиа про насилие и неравенство в России. Рассказываем интересные, важные, глубокие, драматичные и вдохновляющие истории. Изучаем важные проблемы, которые могут коснуться каждого.

Нет иноагентов, есть журналисты

Данное сообщение (материал) создано и (или) распространено
средством массовой информации, выполняющим свои функции

«Суицидальные мысли ушли на второй план»: психолог телефона доверия МЧС о звонках россиян после начала «спецоперации»

донбасс, украина, война, вина
Читайте нас в Телеграме
ПО МНЕНИЮ РОСКОМНАДЗОРА, «УТОПИЯ» ЯВЛЯЕТСЯ ПРОЕКТОМ ЦЕНТРА «НАСИЛИЮ.НЕТ», КОТОРЫЙ, ПО МНЕНИЮ МИНЮСТА, ВЫПОЛНЯЕТ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА
Почему это не так?

Кратко

Шестой день Россия ведет «специальную военную операцию» на территории Украины. В соцсетях и СМИ публикуются страшные кадры и новости с мест событий, а многие российские пользователи пишут о том, что не могут справиться с чувством вины и страхом из-за происходящего. «Черта» поговорила с психологом телефона доверия центра экстренной психологической помощи МЧС в Москве о том, почему жалобы на суицидальные мысли отошли для нуждающихся в психологической поддержке на второй план, и о том, как все мы можем помочь себе и близким. (По просьбе психолога мы не называем ее имени).

24 февраля (когда Россия начала «специальную операцию»* вторглась на территорию Украины) звонили с обычными для телефона доверия проблемами — суициды (ближе к ночи), расставания, долги. После начала военных действий участились жалобы на панические атаки, тревожность, было несколько звонков от людей с обострением ПТСР — они в прошлом были свидетелями войн.

И до последних событий росло число звонков и писем, а после их начала красной линией — даже если у человека вопрос не связанный со «специальной операцией»* в Украине — все о ней упоминают. Многие не могут перестать плакать. По большей части людям страшно из-за «специальной военной операции»* в Украине и сопутствующей неопределенности. Люди задаются вопросами — а что будет дальше? Зачем работа, если на зарплату, возможно, ничего нельзя будет купить уже совсем скоро?

Многие чувствуют себя виноватыми. Говорят: «Я не выхожу на антивоенные протесты, и мне стыдно, но я боюсь, и поэтому не выхожу». Экстремальная психология предполагает, что человек может получить травму в результате событий, в которых он не участвует. В случае «специальной операции»* в Украине свою порцию травмы получили многие.

За обычную смену я получала 4-5 звонков от людей с суицидальными намерениями. Но с начала ситуации в Украине их стало меньше. Есть ощущение, что люди со своих внутренних проблем переключились на внешние, их фокус сместился. Понятно, что для людей с диагнозом депрессия могло мало что измениться. У остальных суицидальные мысли затмила паника на фоне военных действий. Но это лишь мое предположение.

Я думаю, что количество обращений будет только расти в ближайшее время. Я состою в нескольких группах в соцсетях, где психологи предлагают ситуативную помощь, и вижу, что запрос на поддержку очень высокий. Думаю, будет повышаться сложность этих обращений — чем дольше люди будут находиться в состоянии неизвестности и страха, тем больше усугубится их состояние. Не стоит забывать, что наши психологические ресурсы исчерпаемы.

Сейчас важно соблюдать информационную гигиену. Понятно, что нельзя отключиться от новостей совсем. Но читать их лучше дозировано, например, только утром и вечером, а не весь день напролет. Не забывайте про самоподдержку. Нужно найти занятие, на которое получится переключаться, — для кого-то это творчество, игры, решение задач. Это занятие должно быть оплотом стабильности, когда все вокруг рушится.

Не стоит говорить близким в подавленном состоянии, что все будет нормально. Человек подумает, что вы хотите от него отделаться. Любому сейчас нужно куда-то выплеснуть мысли. Нужно дать человеку пространство для выражения этих мыслей и чувств и не оценивать их.

*Роскомнадзор обязал российские СМИ называть присутствие российских войск на территории Украины «специальной военной операцией».