Что будет с Telegram
Заочное обвинение Павла Дурова связано с популярным чат-ботом для знакомств «Дайвинчик/Leo — знакомства, общение и новые друзья» (5,5 млн пользователей бота, 13 млн подписчиков у канала), а также другими «многочисленными каналами, чатами и ботами», через которые украинские спецслужбы вербуют россиян для диверсий, говорится в сообщении ФСБ от 29 июля. По мнению спецслужбы, администрация Telegram сознательно отказывается бороться с этими каналами вербовки. В ближайшее время Дуров будет объявлен в международный розыск, а затем следствие попросит заочно взять его под стражу.
Само по себе преследование основателя не делает Telegram террористической или экстремистской организацией, но не исключено, что мессенджер на этом фоне признают таковой, считает цифровой юрист Саркис Дарбинян. «Я бы оценил эти шансы как достаточно высокие, но не стопроцентные. Потому что признание Telegram экстремистской или террористической организацией приведет к очень серьезным последствиям для многих российских политиков, для Владимира Соловьева (у телеведущего более миллиона подписчиков — прим. “Черты”), для российских пропагандистов, которые фактически лишатся своего основного канала распространения информации», — объяснил эксперт.
Но тем не менее, «политика может перевесить, и желание [курирующего интернет первого замглавы Администрации президента Сергея] Кириенко заткнуть лидеров общественного мнения, которые вещают в Telegram, может быть, окажется приоритетнее и заставит пойти на столь радикальный шаг», добавил Дарбинян.
При этом Telegram сейчас и так не работает в России без VPN. Кампания против мессенджера длится уже около года, напомнил в разговоре с «Чертой» журналист Андрей Захаров. На первом этапе власти начали блокировать звонки через Telegram, на втором — и сообщения. Сейчас речь идет уже о третьей волне этой кампании: когда Telegram может получить тот или иной «стигматизирующий» статус.
В случае, если Telegram будет признан террористической или экстремистской организацией, части пользователей он неизбежно лишится, указывает Захаров, ссылаясь на пример корпорации Meta (ей принадлежат Facebook и Instagram): «Какая-то часть аудитории ушла из Meta, потому что неудобно, нужно постоянно VPN включать. А какая-то часть ушла, потому что Meta обвешана ярлыками. Так что, я думаю, это в том числе такая вербальная интервенция в адрес аудитории Telegram: тут террористы, не пользуйтесь им. Люди будут опасаться: а вдруг и меня террористом объявят».
Впрочем, за использование Meta никого пока экстремистом не объявили, подчеркивает Захаров.
Почему маркеты удалили приложения VK — и почему сейчас
Приложения, принадлежащие VK, пропали из Google Play 16 июля, а в течение июня они постепенно исчезали из AppStore. Речь идет не только о сервисах самой соцсети VK, но и об «Одноклассниках», «Дзене», Mail.ru и «национальном мессенджере» Max.
На этом фоне VK заявил, что экстренно завершает переход в доменную зону .ru вместо нынешней .com. Скорее всего, это из-за опасений блокировки со стороны владельца зоны .com, объясняет Саркис Дарбинян: «У них есть вполне оправданные риски. Зоной .com управляет VeriSign, американская публичная корпорация. Verisign может поставить статус serverHold. При этом домен исключается из системы доменных имен DNS. Поэтому готовятся, и правильно, что готовятся».
Пропажа сервисов из Google Play почти совпала по времени с наложением персональных санкций Евросоюза на саму корпорацию VK, ее дочернюю компанию — разработчика Max (ООО «Коммуникационная платформа») и ее гендиректора Елену Багудину, указывает еще один юрист в области цифрового права, попросивший об анонимности. Этот санкционный список ЕС опубликовал 13 июля. Одновременно он принял регламент, согласно которому санкциям подлежат компании, «сотрудничающие с властями в ходе их репрессивной деятельности, включая предоставление информации, компрометирующей пользователей, выступавших с антивоенными позициями», а также компании, участвующие в действиях властей по блокировке VPN.
«То есть причина — подтвержденное регулярное соучастие в прямом и жестком нарушении базовых цифровых прав человека. Интересный момент: компании Apple и Google — американские, а санкции — европейские. В предыдущие годы ничего не смущало эти корпорации. И компания VK Group, и ее гендиректор Владимир Кириенко (сын замглавы АП — прим. “Черты”) упоминаются в американском санкционном реестре OFAC, но ранее это не мешало сторам распространять продукты VK. Очевидно, что-то извне заставило приглядеться к деятельности российского холдинга», — пояснил эксперт.
VK связан с семьями Кириенко и друзей Путина братьев Ковальчуков, указывает Дарбинян. «И те и другие давно сами в санкциях. При этом долгое время складывалась ситуация, при которой американская и европейская инфраструктура помогали и тем и другим дистрибутировать свои приложения и еще больше зарабатывать. Также немалую роль сыграло то, что эти приложения начали уже открыто помогать государству следить за пользователями, скрыто собирать массивы данных, ухудшать их пользовательский опыт работы с VPN, препятствуя свободе информации», — добавляет Саркис Дарбинян.
Как могут ответить российские власти
На фоне новостей об уголовном деле против Дурова 29 июля появились сообщения о перебоях в работе других мессенджеров: южнокорейского KakaoTalk и турецкого BiP. В последние месяцы они набрали популярность в России; многие издания и эксперты рекомендовали их как средство связи на случай успешной блокировки VPN-сервисов, с помощью которых можно использовать привычные Telegram и WhatsApp.
А ранее, 20 июля, многие российские пользователи столкнулись с перебоями в работе магазина App Store. Роскомнадзор заявил, что не ограничивал его работу.
На удаление важных для российского государства приложений VK власти в самом экстремальном случае могут ответить блокировкой всех сервисов Google и Apple, либо запретом деятельности этих компаний как экстремистских — но это будет равносильно «блокировке себе ануса», считает глава «Общества защиты интернета» (ОЗИ) Михаил Климарев.
«Apple и Google — это инфраструктурные сервисы, на уровне операционных систем. Они не будут обновляться. Что происходит, когда операционные системы перестают обновляться, мы видели в Иране — там три месяца не было интернета от слова совсем», — говорит эксперт. К тому же отсутствие обновлений многократно увеличивает риски взломов, и при таком сценарии «интернет в России станет просто небезопасной средой».
«Все думают, что Android (принадлежащий Google - прим. “Черты”) — это телефоны. А на самом деле эта операционная система работает и на игровых приставках, и на телевизорах, и даже на кассовых аппаратах в магазинах. Заблокировать ее обновление — значит просто кучу народу восстановить против себя. Включая бизнес, потому что кассовые аппараты — это бизнес», — сказал Климарев. В таком случае все необходимое ПО придется переписывать — при этом популярные инструменты для разработчиков завязаны, опять же, на Google.
«Я тут со смехом узнал, что Роскомнадзор использует DNS 8.8.8.8. (главный бесплатный публичный сервер системы доменных имен, принадлежащий Google — прим. “Черты”). То есть, в случае блокировки сервисов Google Роскомнадзору придется заблокировать свое собственное оборудование», — иронизирует эксперт. По его словам, перспективы работы сервисов Google и Apple в России зависят от того, «насколько политическая воля окажется сильнее инстинкта самосохранения». В конце концов, iPhone остаются предметами демонстративного потребления, в том числе среди чиновников, подчеркнул он. Получится, что «купил телефон за сто тысяч — а он неработоспособен».
Гипотетическая блокировка apple.com и play.google.com приведет к тому, что «все российские телефоны Apple и Google станут уязвимы для хакеров после первой же очередной открытой уязвимости iOS и Android - то есть примерно в течение 1-5 недель», уверен цифровой юрист, попросивший об анонимности: «Воспользуются ли этим хакеры - частные и государственные, корейские, китайские, российские, украинские и прочие - безусловно».
«Идет настоящая кибервойна. С одной стороны — Кремль и ФСБ, которые хотят получить полный контроль над Рунетом. С другой стороны — европейские и американские корпорации, которые вынуждены исполнять санкции и не допускать использование своей инфраструктуры для этого. И между этими двумя стенами теперь находятся российские пользователи, которым не позавидуешь», — считает Дарбинян.
По его мнению, варианта два: «Санкции сейчас либо заставят Кремль несколько сбавить обороты по окончательному окукливанию Рунета. Либо, наоборот, приведут к ускорению процесса создания «чебурнета». Что мы точно увидим — признание организаций нежелательными или экстремистскими, блокировку магазинов, уголовные дела против руководства компаний. Но кажется, что многие из этих действий будут выстрелом в ногу».
«Скорее всего уже достигнута точка, как они хотели, суверенитета. Но суверенитет-то мнимый. Потому что какой же суверенитет, если ты сам ничего не производишь, смартфоны не делаешь, операционные системы не делаешь, аудиторию нагоняешь. И интернет у тебя работает херово. По техническим причинам в том числе», — подытожил Андрей Захаров.
